Война между Иран и Соединенные Штаты — это прежде всего история о готовности руководства страны к самопожертвованию во имя суверенитета государства. На протяжении длительного времени США требовали от Ирана выполнения выдвинутых ими условий — фактически подчинения и превращения страны в зависимое, вассальное государство, подобных которым в мире немало.

Власти Ирана, включая аятоллу Али Хаменеи, понимали, что противостоят противнику, значительно превосходящему их в военном, технологическом и разведывательном отношении. Они осознавали, что американские ракеты способны достичь не только военных объектов, но и их домов и укрытий. Подобное уже происходило во время 12-дневной войны прошлым летом, когда были убиты высокопоставленные иранские чиновники и офицеры. Подобные сценарии разворачивались и в других странах, где уничтожались или похищались лидеры государств и руководители организаций, противостоящих США.
Тем не менее нынешнее руководство Ирана, осознавая риск гибели — как собственной, так и своих близких, — выбрало путь сопротивления. Али Хаменеи демонстративно не покинул свою резиденцию и не укрылся в бункере, тем самым показывая, что не намерен прятаться и не считает свою жизнь более ценной, чем жизни других граждан страны.

Иранские переговорщики могли бы принять предъявленный ультиматум и объявить о выборе «повестки мира». Могли бы заявить о превращении страны в перекресток мира, где пересекались бы различные международные транспортные коридоры, один из которых назвали бы в честь Дональд Трамп, другой — в честь Мелания Трамп, третий — в честь Джей Ди Вэнс. Могли бы пообещать своему народу приток миллиардных инвестиций, создание рабочих мест и благополучную жизнь. В благополучном рабстве. И сами остались бы живы, и вместе с американцами зарабатывали бы деньги и богатели. Но в таком случае Иран утратил бы подлинную независимость, превратившись в еще одно государство, принимающее американское доминирование — подобно ряду стран Персидского залива, чьи территории используются США для ударов по Ирану.

Говорят, что в Иране установлена диктатура и что американские удары помогают иранскому народу строить демократию. Однако после сообщений о гибели духовного лидера десятки тысяч людей вышли на улицы, выражая скорбь и скандируя «Смерть Америке!». Эти люди не радовались его смерти, потому что они не считают его диктатором, а – своим политическим и религиозным лидером. Даже многие критики власти не устраивали праздничных акций, поскольку для них нападение иностранного государства на собственную страну не является поводом для радости.
Представьте, что в Армении в результате ракетного удара какой-либо страны были бы убиты высокопоставленные представители власти — включая президента и премьер-министра. Кроме их семей и ближайших родственников, это вряд ли стало бы общенациональным трауром. И не только потому, что в стране отсутствует подлинная демократия или что значительная часть общества воспринимает этих людей как узурпаторов.

Проблема глубже: у нас утрачено чувство суверенитета собственной страны. Многие сочли бы произошедшее не трагедией, а своеобразным возмездием — «небесным правосудием»: мол, то, на что мы сами не решились, за нас совершили высшие силы. Однако ни одному представителю армянской власти подобное не грозит. Людям, которые не знают, что значит сопротивляться; которые воспринимают власть как право на безграничное пользование материальными благами, на жизнь в лучших ресторанах и странах, в окружении новых спутников и спутниц, — таким людям нечего бояться. Они всегда будут следовать повестке покорности и послушания.

И при этом именно они громче всех будут говорить о независимости и суверенитете, не понимая, что подлинная независимость доступна лишь тем, кто преодолел страх смерти и зависимость от материального мира.

Аветис Бабаджанян